Рассказы

08. Как воспринимать человека

Как воспринимать человека, который путает право и лево?
Как воспринимать человека, который теряется в пространстве и времени?
Как воспринимать человека, который не может открыть крышку банки?
Как воспринимать человека, в котором инстинкты преобладают над здравым смыслом?
Как воспринимать человека, который пасует перед техническими устройствами?
Как воспринимать человека, чьё мышление не имеет ничего общего с логикой, заключениями и анализом?
Как воспринимать человека, который постоянно нуждается в помощи?
Как воспринимать человека, который может существовать только в комфорте?
Как воспринимать человека, который незначительный фактор раздувает в первостепенную важность?
Как воспринимать человека, который не может увидеть общее?
Как воспринимать человека, который постоянно нуждается в одобрении?
Как воспринимать человека, который зависим от собственного настроения?
Как воспринимать человека, у которого всё подчинено выживанию себя и потомства?
Как воспринимать человека, который помнит все детали?
Как воспринимать человека, в котором случаются приступы нежности?
Как воспринимать человека, которому необходимо постоянно о ком-то заботится?

Они настолько здесь, они настолько корнями, они настолько слились с жизнью, что не способны посмотреть на неё со стороны. Они и есть сама жизнь. И как алогична жизнь, так же алогичны и они. Если они тебя любят, это значит, что тебя любит сама жизнь.

07. Мозг везу на отдых

День 1. Точнее вечер.

Я начинающий водитель. И через 2.5 часа за рулём в башке начинается такое гудение, как будто я всю ночь играл в компьютерные игры.
Пятница. И я еду в Мичуринское к отдыхающей там семье. Еду по Приозерке, пристроившись на скорости 110 км/ч к какому-то товарисчу. И понимаю, что мозг находится в отупении.
«Мозг, ты бы хоть подумал о чём-нибудь. Чего времени терять?»
Мозг попытался, даже потекла какая-то мысль, но через две минуты он сдался.
«Нет, ты что, только не сейчас. Я и так перегрет.»
Я и сам понимаю, что добиться от него сейчас чего-то интеллектуального – гиблое дело. Достаточно уже того, что он отслеживает дорогу.
Наконец я свернул на Мичуринское. Вечернее Солнце оказалось повёрнуто прямо в глаза. Но это ладно, оно почему-то отсвечивало от асфальта. Так что порой перед собой я видел лишь всё заволакивающее белое молоко.
«Еду на ощупь», — пришлось констатировать. Обеспокоенный мозг сообщил тоже самое.
Скорость сама по себе упала до 50. Периодически вырываясь из этого заливающего всё вокруг света я попадал в игру бликов и тени, и снова меня заливало светом. Хорошо ещё, что встречные машины ехали с ярко включёнными фарами.
Но в населённых пунктах светопредставление прекращалось. Машины крались со скоростью 40. Ибо пребывающие в отходняке после дневного зноя деревни напоминали курорт.
Хорошо!!! – предвкушал мозг, ощущая приближение Мичуринского. Да и всему моему существу идея хорошо отдохнуть в коттедже нравилась.
«Мозг, да ты что, включился?»
«Не не не, ты что, это я так, в фоновом режиме констатирую, что тебе нравится….»

Наконец закоулками я подъехал у нужному дому. У калитки встречала жена. Явственно проступала уже прохлада. Травяной чай, и я с наслаждением завалился спать на втором этаже.

День 2. Утро

Утро. Жена пошла кормить завтраком мелкого.
«Ну что, мозг, ты проснулся?»
«Нет, спать ещё»
«Сколько ж ему надо спать?» — приходится подчиниться.
Наконец мозг сообщает, что можно вставать.
«Только пожалуйста, напои меня зелёным чаем. И большая просьба, не командуй сегодня. Ведь выходной же.»
Я пообещал. В конце концов усталый мозг не доставляет никакого комфорта.
С телом всё как-то проще и понятней, надо сказать. Хотя с телом – это отдельная песня.
Меж тем жёнина подруга Даша сообщила про кофе, про то, что без кофе не может проснуться.
А у меня с кофе не всё так радужно и я, если мозг намерен молчать, качаю его зелёным чаем. Тут главное не переборщить.
Даша поддержала разговор, сообщив, что в кофе кроме кофеина есть и вещество, провоцирующее сонливость.
«Ну вот, приехали», подумал я. В конце концов чтобы проснуться, я просто иногда шевелю телом. И пошевелил.
«Ну, лучший способ дать мозгу проснуться – это дать ему выспаться» -, заключила Даша.
На этой оптимистической ноте мы сели в машину и отправились к озеру.

День 2 и 3. На озере.

Есть такие места, куда хочется возвращаться. Где всё тебе в кайф, где душа отдыхает. Вот сейчас это как раз тот случай.
Вот уже 10 лет я езжу в Ягодное. Правда за эти 10 лет много чего поменялось. Вот, у меня растёт сын. А на озере появилась новая молодёжь. Но старики продолжают ездить. Это я заключаю по тем старым песням, что несутся из динамиков. И да, на берегах озера можно встретить настоящих динозавров. Так, сегодня на мыс забрёл Михалыч. Именно забрёл. Хотя может и не Михалыч забрёл, а какая-то его сущность. Я так и не понял, вненяем ли он был.
А мозг продолжал отдыхать. Впрочем он заслужил. Его оттрахали за неделю. Жалко конечно. Когда мозг работает, он генерит идеи, сценарии. И в это время ты как будто не чувствуешь тела. Впрочем, они два сапога пара. Мозг и тело.
Ладно, отдыхайте. Сегодня ни делать, ни думать особо не надо.
Наивный чукотский юноша. Я думал, сегодня мы все доживём допоздна, чтобы посидеть с женой у костра. Фиг там, к 6 вечера мозг подал команду на отключение. Пришлось отрубиться.

День 3. А что же работа.

Я работаю в маркетинге. Маркетинг – это просто. Тебе всего лишь нужно смотреть на мир глазами потребителя и знать пару фишек. Ну хорошо, чуть больше, чем пару. Всё остальное – это выеб мозга. А мозг насиловать категорически не стоит. Пусть он лучше сам что-нибудь выдаст. Это намного более ценно.
Вот мой за неделю так отымели, что он второй день как в отключке.
Но мозг в отключке, это даже иногда хорошо. Как хорошо? Это защитная реакция. От перегрева. Конечно, лучше не доводить. Да только кажись с понедельника это предстоит заново.
Тих-тих-тих… Вот только приступа тоски нам тут нехватало…

06. Растаман и скинхед

Встретились как-то растаман (Р) и скинхед (С)…
На расте яркие шарообразные штаны алладины, на запястье браслет, выглядит довольным жизнью.
Ну скин борется с нечестью, у него есть враги, из-за которых всё плохо. Но только растаман – штука не исследованная и неизвестно, враг ли он или не враг. Ясно только, что не свой – не скинхедовский.
Ну и решил значит скин на расту наехать, мол нахрена браслет на запястье и какого фигля он не с ними – не со скинхедами.
Ну а растаман не простой был, не торчок галимый, а чувак прошаренный, энергетикой сильный, с восточными единоборствами знакомый.
(С): Слышь, чувак, стой. Иди сюда, разговор есть.
(Р): А, здорова! Вижу патриотически настроенную личность. Ну давай, что ли, присядем, потрещим.
Скинхед не то чтобы всех иноверцев мочить быть готов, нет, что вы. Он за жисть поговорить тоже был любитель. Но расчувствовавшись, любил выпить водочки, ну а выпимвши бывал непредсказуем…
(С): слушай, ты вот штаны такие носишь широкие и браслет… Ты что, пидорас?
(Р): Нет, не угадал. Какие ещё варианты?
Скин был уже немножечко под пивом. Чуть-чуть после смены расслабился. Одна баночка. Много он сегодня пить не собирался. Но язык чуть-чуть развязало. Он оценил подначку расты и рассмеялся.
(С): А ты весельчак.
(Р): Ну да, весельчак. Не то, что некоторые депресивы из Готов. Видел наверно, все в черном ходят и с мрачным макияжем.
Раста ловко увёл внимание скина малёха в сторону.
Скин на какое-то время задумался. Да, Готов он видел. Но к Готам у него почему-то не возникало отрицательных чувств. Даже наоборот какое-то спокойствие возникало рядом с ними. Да и понятно всё с ними: чувакам плохо, тоскуют, вот и оделись в чёрное. Чего ж тут непонятного?
А этот… Скин посмотрел на улыбающегося расту.
Но тут глаза расты приняли серьёзный вид.
(Р): Ты всё ещё хочешь разговаривать? – спросил раста тоном повелителя, застав этим погрузившегося в размышления о Готах скина врасплох. От неожиданности скин даже ощутил горьковатый привкус во рту и что-то похожее на страх под лопатками.
(С): Ладно, чувак, я понял. Ты… ты…
(Р): Я просто живу и радуюсь жизни. И беру от жизни всё. И наслаждаюсь каждым её проявлением. Понимаешь, на-сла-ждаюсь.
Скин хотел было что-то сказать, но осёкся. А он, скин, он разве наслаждается? Вряд ли, разве что пивка немного выпил. Но это так… А так он что-то не особо наслаждается. Вот и жена что-то начала подпиливать. Как-то раньше это за ней не наблюдалось. Скин машинально достался сигареты, закурил. Потом заметил расту, сплюнул.
(Р): Что, с женой проблемы?
(С): А ты, что, мысли читаешь? – спросил скин уже зло.
(Р): Да нет. Предположил просто. Ты кольцо своё обручальное теребишь…
Скин с концепциями Фрейда знаком не был, поэтому протянул:
(С): А-а-а…
(Р): Ну вот что, брателла. Я просто из Индии пару дней назад. Там многие в таких штанах ходят. Это нормально. И никому даже в голову не придёт пидарасами друг друга называть. — Раста рассмеялся. — А мне видишь, понравилось… Ладно, прощай. А то я опаздываю уже, кстати. И вот ещё. В Индии люди нормальные. Они просто другие немножко.
За сим раста развернулся и радостно зашагал прочь…

05. Подрались…

Настя в этот раз была не такой как обычно. Года три я её знаю, и все эти годы она приезжала одна. Была вроде со всеми, но держалась обособленно, задумчиво. С парнями держала дистанцию. К ней потихоньку привыкли. Ну Настя и Настя. Иногда еду поможет приготовить, и на том спасибо.
А тут приехала с мальчиком. Была с ним ласкова. Ну сразу видно – мил он ей. Тот тоже джентльмен, о ней заботится. Звали его Юра…
А нрав на стоянке, надо сказать, был брутальным. Мужики в основном приезжали бухать, да так, что земля под ними гудела. Нежностью чувств, короче, не отличались. А он, мальчик Насти, он музыкант, человек искусства, голубая кровь.
Ну, Громозека, по этому поводу сразу проехался. Э, да у нас новая тёлочка. И ржёт.
А ржёт он так, что мёртвого разбудит. Лошади, и те так не смогут.
Ну Юрик, дело понятное, оскорбился, кровь благородная взыграла, проглотить такое не может. Да и нельзя в грязь лицом перед девочкой ударить. Стал отвечать.
А Громозека что, провокатор известный, знай масло в огонь подливает.
Ну, дело запахло кровью. Преценденты-то были уже. И сломанные рёбра были… И сам я с Громой махался при первой встрече. Растащили нас. Ритуал посвящения такой что ли.
Короче, Юрика попросили не залупаться. Объяснили: это стиль Громы. Он провокатор. Не ты первый, не ты последний. Не стоит он того. Да и ночь охрененная. Тепло, шашлыки. С тобой девчонка рядом, чего тебе ещё. Однако не убедили. И решил Юрик Зло наказать.
А Громозека что, подонок идейный. Примат власти и силы. Своё брал, на остальное чихал. Ему говорили:
Громозека, тебе когда-нибудь это боком встанет. Вот зарежет тебя во сне кто-нибудь…
— Да и похуй, — отвечал Громозека. – Всё равно жизнь – говно.
Ну и что ты на это ответишь?
Короче, в какой-то момент, когда народ между ними подрассасался, Юрик подскачил к Громозеке да и врезал ему в табло. Потом ещё раз. Громозека не будь дурак, берёт со стола бутылку из под водки и бьёт ею Юрика по голове.
Всё, нокаут. Концерт окончен. Юрик на земле истекает кровью, Громозека абсолютно спокойный и предлагает очередной тост.
Народ в шоке, бросились к Юрику, привели в чувство, отмыли. Рана хоть и рваная, но не глубокая. Нашли даже бинт, перевязали. Раненый солдат, блин…
Ну а потом всё это дело до утра обсуждали.
Громозеку спрашиваем:
— Ты бутылкой-то его зачем? Это не по чести.
— Засуньте себе в жопу свои представления о чести. Надо будут топором, и топором отъебашу.
Настя, конечно, высказала Громе всё:
— Я думала, ты нормальный, а ты ублюдок…
Нашлись и те, кто не нашёл в действиях Громозеки ничего криминального…

04. Молитва

Господи, зачем ты так подсмеялся над человеком?!
А понимаю, тебе там смешно, а нам каково?
А мы тут вынуждены делать даже то, что нам не хочется. Да, прав был Будда мы здесь рабы. Да ещё и идиоты, когда делаем что-то с серьёзным видом. А как же иначе, иногда так припрёт, что не до смеху. А тебе смешно, я знаю. Это же ты всё так подстроил…
Короче, над людьми смеяться — грех. Ну, т.е. нам людям смеяться грех… Ну, это не наша прерогатива. Ну и злится на них тоже нельзя — по той же причине… Но Боже, это же в том случае, если ты это сделал с серьёзными намерениями. Но я верю, ты пошутил…
Я тоже попробую поглумиться. Боже, а что мне остаётся делать? Мой мозг и так разрывает. Я же не могу пойти на добровольное самоубийство. Говорят, ты не одобряешь этого. Так что, позволь, я буду глумиться. Хорошо!??))
Да, господи, у меня к тебе ещё вопросы. Вот что ты там намутил с прелюбодеянием? Как ты себе это представляешь? Или ты опять поржал?
Ну вот понравилась мне девчонка. В ней и это хорошо, и то прекрасно. А вот сего и того в ней нет… И что, разве я её любить не буду? Буду конечно. Но прикол в том, что сего и того в ней никогда не появится. И ты это прекрасно знаешь. Ты сам её такой сделал.
А вот другая. А в ней всё как раз наоборот. Ну то есть две они как раз то, что мне надо. И эту вторую я тоже люблю.
Господи, ты сам взывал, «любите ближних своих». Так я и люблю. Чего же тебе ещё.
Знаю — знаю, твои приверженцы мне скажут «ищи настоящую любовь». Но я то тебя знаю. Ты у нас существо с юмором. Ты ведь опять чего-нибудь придумаешь. Ну, чтобы опять немного помучиться. Ну ты же мудрый. В этом тебе не откажешь. Ты же знаешь, что без помучиться человеку нельзя…
Ну так я и так мучаюсь, когда хочу сразу двоих. Ну неужели тебе этого мало? Так какая тебе разница, как я мучаюсь: так или эдак?)))
И ещё, Боже, похоже, я в конец запутался и не понимаю, в каком мире живу: в реальном или сюрреальном. Вот он вроде как нормальный, а потом раз — уже сюрный. И даже травы не надо, чтоб он сюрным стал. Вот это меня всегда забавляло. Может мир на самом деле сюрреалистичный? А то, что он реальный — это иллюзия?
Ну да, это как-будто ты стоишь на тонком льду, а потом проваливаешь в океан. Также и с сюрреалистичным — ты в него проваливаешься. Как-то я иначе себе это не представляю.
Так что же, мир всё-таки ненормальный? И попытка преобразовать его из хаоса в логос — занятие нереальное? Слишком уж просто здравый смысл превращается в хаос, сюр и собственное противоречие….

03. За свободу нравов!

Страна превращалась в рафинат… Точнее какие-то умники в рафинат превратить её пытались. Нет, не в рафинат, а в страну загнивающей обывательщины.
В стране позакрывали казино, позапретили выпивку и табак, а секс искоренили.
Сам Вал уже приличное время не пил, постоянно бухать становилось уже как-то тяжеловато. А бухали кругом постоянно. Т.е. без бухла не обходилось вообще ничего. И вот это постоянство вместо ярких ощущений стало вводить в какую-то тупую депрессуху. А это значит, бухло и в самом деле вредно.
Но бухло – это же следствие, а не причина. А причина – в нехватке положительных эмоций.
Валу, к примеру, элементарно не хватало Солнца. Особенно тягостно дался минувший декабрь, когда чтоб хоть как-то совладать с депрессухой, Вал не вылезал из аромокомнат, тонизирующих ванн и солярия.
Даже Кэт, предпочитавшая радостям семейной жизни стезю духовного совершенства, не выдержала… и устроила себе сеансы сексотерапии. Пять сеансов помогли ей вернуться на свой путь, оставив Вала в раздумьях о чувстве юмора Создателя, когда такие тела и такие сисищи предпочитают иной выбор.
Эх, Вал даже завёлся от этих воспоминаний. Аж настроение улучшилось!
Но наконец свершилось. И всё стало нельзя.
Согласно Фрейду, фрустрация потребности вызывает агрессию или аутоагрессию, то бишь либо беспорядки, либо суицид.
И всё это происходит в России, где и так жизнь не малина, где наоборот главной заботой власти должно быть расширение количества и качества вызывающих положительные эмоции императивов…

02. Он пытался её отгадать

Она ушла.
Но он не расстроился. Первые 10 дней он творил взахлёб: без еды без сна без отдыха.
А потом нервное напряжение свалило его.
Валяясь в кровати, он то смотрел в потолок, то отворачивался к стенке, закутавшись в одеяло.
Наконец отпустило. И он смог взглянуть на своё творчество со стороны.
Работы были смелые, но нервные. Дерзкие линии, смелые детали, яркие краски.
Но сейчас на это невозможно было смотреть. Он махнул рукой и полез под душ.
Она ушла, и чего-то стало не хватать. Чего?

Когда она была рядом, она почти всегда молчала. И постоянно лучезарно светилась.
Почему она светится? — думал он. Чтобы понять, он пытался её разговорить. Но она лишь светилась. Он продолжал подходы, и вдруг случалось чудо: что-то щёлкало и из её уст выходила история прочувственная до каждой детали. Окружающий мир отходил куда-то на второй план, потому что реальный мир был вот здесь в её словах. А потом она снова замолкала.

Она позволяла ему творить. Это было удивительно. Нет, это было что-то невероятное. Такого он ещё не видел. Обычно женщины сначала дико вдохновляли, потом душили. Некоторые уходили раньше, чем начиналось удушение. Другие же пытались накинуть аркан прямо с первых шагов.
А тут ничего подобного. Он поил её кофеем . Она принимала. Он добавлял в кофе корицу. Она с удовольствием пила и с корицей. Он подсовывал её кусок вишневого торта. Не без участия изящной ложечки, исчезал и вишневый торт.
И он творил. Просто спокойно творил. И только жгучее любопытство не покидало его. Отчего же она так светится и молчит?
Прошло полгода. Потом она ушла. Потом прошло 10 дней. Потом он вылез из душа.
Но в душе всё равно чего-то не хватало.
И тут он понял, что же его беспокоило всё эти долгие плодотворные полгода: «Я же всё это время пытался её отгадать…»

01. Она приходила в красном кожаном пальто

Она пришла ко мне в красном кожаном пальто, при встрече улыбнулась, провела рукой по моему обнажённому торсу и быстро юркнула в квартиру.

На пороге тоже задерживаться не стала, быстро сняла верхнюю одежду и отправилась в ванну, где её уже ожидало огромное махровое полотенце.

Скоро она меня позвала:
— Будешь со мной принимать душ?
— Конечно, удовольствием!

Из душа я на руках отнёс её в кровать. Свежепостеленное бельё расслабляло и придавало ощущениям ещё большую утончённость.

Мы на минуту растянулись во всю длину кровати, соприкасаясь друг с другом всей поверхностью тела, и утонули в расслабленном поцелуе.

А потом с вожделением она занялась моим членом, лаская его руками и ртом.

Тело приятно покалывало, я в блаженстве ласкал её плечи и грудь.

Наполненные чувствами, мы не требовали долгой раскачки, а только друг друга со всею силою, страстью и скоростью.

Заведя себя до нужного накала, она забралась на меня и стала вводить в себя мой член с нетерпением, вожделением и лёгкой болью.

Постепенно мы стали раскачиваться всё быстрее и быстрее… до потери пространственного чувства тела…

— Слезай, слезай… Так, презик, теперь сзади… Yes…

Теперь надо было ждать минут 30, через это время мой член снова будет в силе и снова ринется в бой.

Мы валялись и болтали о том, о сём.

Но минут через 20 она не выдержала и сама начала меня возбуждать…

— Я не с кем так классно не кончаю, как с тобой, — говорила она перед уходом…
— Пить, есть хочешь?
— Да нет, спасибо, — я пойду.

И она уходила куда-то далеко, под чернеющее небо…

Leave a Comment

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *